Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. В Беларуси дорожает автомобильное топливо. На этот раз не на копейку
  2. Кремль молчит, а СМИ не знают, как освещать — как в России Z-сообщество и пропаганда отреагировали на итоги встречи Украины и США
  3. Столица России подверглась самой масштабной атаке беспилотников с начала войны
  4. На рынке недвижимости, по всей видимости, грядет новая реальность. С чем это связано и каков прогноз у экспертов
  5. Зеленский высказался по ситуации в Курской области
  6. Карпенков объяснил, почему дроны «иногда падают на территории Беларуси», — понятней не стало
  7. «У нас другого пути не было». Поговорили с экс-силовиком, который пересекался с генпрокурором Шведом и был ранен на протестах 2020-го
  8. Политика Трампа может напоминать хаос, но это не так: его тактику еще десять лет назад изучил американский журналист. Вот что он писал
  9. Стало известно, кто совершил масштабную кибератаку на X. Маск утверждал, что следы ведут в Украину
  10. КГК пожаловался Лукашенко на торговые сети, которые создают свои пекарни и конкурируют с хлебозаводами
  11. Военные аналитики: Украина начала вывод своих войск из Курской области
  12. Кредиты на автомобили Geely снова подорожали. Под какие проценты сейчас выдают эти займы и сколько придется переплатить банку за 10 лет?
  13. Этот аналитик пять лет назад предсказал, что Турчина назначат премьером. Спросили, станет ли он преемником Лукашенко
  14. Лукашенко принял верительные грамоты от послов девяти стран. Кто в списке
  15. Большинство людей в мире дышат грязным воздухом. Нормам ВОЗ соответствуют только семь стран
  16. Возобновление военной помощи, немедленное прекращение огня: о чем договорились США и Украина на первой встрече по миру


Во вторник вечером Александр Лукашенко заявил, что в ближайшее время из тюрем могут быть освобождены некоторые политические заключенные, страдающие тяжелыми заболеваниями. Через несколько часов после этого заявления власти опубликовали текст Закона «Об амнистии», в котором сказано, что на освобождение не могут рассчитывать люди, включенные в «списки экстремистов и террористов». Слова Лукашенко опять расходятся с делом? «Зеркало» спросило у экспертов.

Иллюстративное изображение. Осужденные в женской колонии №4 в Гомеле. Фото: sputnik.by
Иллюстративное изображение. Осужденные в женской колонии №4 в Гомеле. Фото: sputnik.by

«Это решение далось Лукашенко очень тяжело»

Политические заключенные упоминаются в тексте Закона «Об амнистии» дважды. Сначала в перечне статей, осужденные по которым не будут освобождены (ст. 356−370 УК — как раз по ним режим и отправляет за решетку своих оппонентов).

Затем — в статье 12, гласящей, что под амнистию не попадут люди, включенные в списки лиц, «причастных к экстремистской деятельности, либо в перечень организаций и физических лиц, в том числе индивидуальных предпринимателей, причастных к террористической деятельности».

Политический аналитик Александр Фридман не видит ничего удивительного в том, что заявление Лукашенко о намерении в скором времени освободить некоторых тяжелобольных политических заключенных может разойтись с делом. Эксперт считает это продолжением торга Лукашенко не только с Западом, но и с самим собой.

— Это решение далось Лукашенко очень тяжело, он не хотел его принимать, — уверен Александр Фридман. — Это то решение, которое не нравится, в противном случае он бы выпустил определенное количество людей, и ему можно было бы даже не комментировать это. Я даже вполне допускаю, что, заявляя вчера о намерениях, Лукашенко еще не решил, кого будет отпускать. Думаю, маловероятно, что сегодня людей отпустят, потому не захотят власти перебивать себе праздник тем, что кто-то вышел.

Впрочем, глава BYSOL Андрей Стрижак и проект «Палітвязынка» ближе к полудню среды, 3 июля, анонсировали в своих соцсетях «хорошие новости из женской колонии в Гомеле». Также Стрижак позже сообщил, что ему известно три фамилии людей, которые освобождаются из колонии.

Горбунова: Если человек попадает в списки, то остается там надолго

Представительница Объединенного переходного кабинета Беларуси по социальным вопросам Ольга Горбунова в комментарии «Зеркалу» говорит, что для нее не стало сюрпризом то, что власти не намерены распространить действие амнистии на людей, включенных в «списки экстремистов и террористов», в которых находятся практически все политические заключенные. Но могут ли власти оперативно исключить их из этих перечней, чтобы убрать формальные препятствия для освобождения?

— Нам о такой практике неизвестно, — подчеркивает Ольга Горбунова. — Если человек попадает в списки, то остается там надолго даже после освобождения по истечении срока заключения. Получается, только осужденные по экономическим статьям могут не состоять на профилактическом учете как «склонные к экстремистской и иной деструктивной деятельности». Эти политзаключенные находятся в этой «серой» зоне — о них не знают правозащитники, но и режим их не выпячивает. Получается, что у них есть возможность попасть под амнистию, но мы об этом не узнаем, потому что мы изначально не владели информацией о таких людях.

Изображение носит иллюстративный характер. Исправительная колония № 4, Гомель, 2014 год. Фото: TUT.BY
Изображение носит иллюстративный характер. Исправительная колония №4, Гомель, 2014 год. Фото: TUT.BY

Ольга Горбунова не смогла прямо ответить на вопрос, есть ли у нее надежда, что при принятии решения об освобождении людей власти будут ориентироваться на гуманитарный список политических заключенных, подготовленный беларусскими правозащитниками (по состоянию на август 2023 года в нем было более 200 человек, но документ не публикуют в открытом доступе).

— Самое важное сейчас — найти возможность распространить амнистию на всех политических заключенных без дискриминации, — с надеждой в голосе говорит Горбунова. — Потому что жизненные обстоятельства, состояние здоровья и возраст не зависят от наших политических взглядов. Я надеюсь, что для освобождения людей по гуманитарным основаниям еще есть возможность, и мы все еще можем поступить по-людски, как вчера и было сказано, а не ждать очередные смерти в тюрьмах.

Политзаключенные как ресурс

Что мешает Лукашенко освободить из тюрем всех тяжелобольных людей, которые фактически никак не могут стать для него угрозой? Ведь таким образом он мог бы продемонстрировать свое благородство и готовность начать диалог с Западом.

— Благородство — это не про Лукашенко, — уверен политический аналитик Александр Фридман. — Он же прекрасно видел, что произошло, когда люди умирали в беларусских тюрьмах. Эта тема попадала в поле зрения СМИ, в том числе и западных. Если я не ошибаюсь, были и высказывания западных правительств с осуждением случившегося. Но больше ничего не было — ни санкций, ни даже какого-то однозначного сигнала о том, что если такое случится еще раз, то будут серьезные последствия. И он уверовал, что никого эти политзаключенные особо не интересуют, никому не нужны, ничего за них не будет. Он воспринимает политзаключенных как ресурс, за который что-то можно и нужно получить.